Мне снятся сны, и я хочу их реализовать

946

Игорь Ковалев: «Я, думаю, у любого человека возникают интересные идеи и даже более «шизофренические».

Просто многие люди не знают, как это выразить визуально»


Известный российский режиссер-мультипликатор Игорь Ковалев — один из членов жюри юбилейного XXV Открытого российского фестиваля анимационного кино, который прошел в Суздале с 11 по 16 марта. В этом году в состав жюри конкурса авторской анимации включены режиссёры-мультипликаторы Александр Бубнов, Игорь Ковалёв, киновед и продюсер Армен Медведев, кинорежиссёр Алексей Попогребский и художник-мультипликатор Мария Якушина. В жюри конкурса коммерческой анимации вошли режиссёр-мультипликатор Дмитрий Высоцкий, продюсер Надежда Кузнецова и журналист, продюсер Иван Кудрявцев. Нашему корреспонденту удалось поговорить с Игорем Ковалевым, в перерывах между его работой на фестивале. Оценивать авторское кино – дело крайне серьезное и ответственное. Поэтому времени на общение было не так много.


Справка об Игоре Ковалеве: "Его жена курица" - самый понятный из всех авторских мультфильмов Ковалева. Фильм получил "гран-при" на престижном мультфестивале в Оттаве, и это сыграло важную роль в приглашении режиссера в Америку. Сюжет в м/ф "Его жена курица" считывается достаточно тяжело, графический стиль, созданный под влиянием шизофренической анимации эстонца Прийта Пярна, может вызвать отвращение у любителей традиционной анимации, кроме того в атмосфере мультфильма чувствуются специфические черты перестроечного кино — депрессивность, подавленность бытовухой, шизофреничность. Если замысел "Его жена курица" можно как-то прочувствовать в контексте постперестроечной эпохи, то следующие работы Ковалева рациональному пониманию не поддаются вообще. В США Игорь Ковалев при финансовой поддержке Габора Чупо сделал три короткометражных мультфильма: "Птица в окне" (1996), "Летающий Нансен" (1999), "Ты — животное" (2004) (нет в доступе). Игорь Адольфович добился уникального положения, которому позавидует любой представитель авторской анимации — возможность творить что угодно за чужие средства. "Моя теория — если ты понимаешь искусство, это не является искусством. Искусство надо чувствовать". Мультфильмы Ковалева действительно нужно чувствовать — рациональному пониманию они не поддаются.



Игорь, скажите, зачем нужна мультипликация? Она способна влиять на мировоззрение маленького человека, на его развитие? Тем более, если речь идет об авторской анимации, когда художник просто самовыражается?

Ну, тогда я Вам задам встречный вопрос, а зачем нужно документальное кино, игровое? Для чего? Анимация — это подвид кино и такой же вид искусства. Люди хотят и создают произведения.


То есть, авторская и другие виды анимации нужны, больше, для развлечения? Не для образования и воспитания?

Если Вам интересно лично мое мнение, искусство не может воспитывать. Некоторые люди считают иначе. Смотря, какие смыслы туда закладывать. Это мое субъективное мнение. Вы можете с ним не считаться.


Вы, когда придумываете свое кино, что ставите во главу угла? Самовыражение, рефлексию?

Свои авторские фильмы я делаю только для себя. Я вообще не думаю о зрителе! Я знаю, что мои фильмы многие зрители вообще не воспринимают, не любят. Таковых большой процент.


Да, некоторые даже называют их «шизофреническим бредом». Вас не задевает такая оценка?

Слушайте, я не хочу себя сравнивать с великими. Допустим, с Достоевским. А «Преступление и наказание» это не шизофренический роман? Когда я делаю заказные фильмы, полный метр, тогда – да, я думаю только об аудитории. Учитываю все: какого возраста аудитория, какие у нее интересы. Авторское на то и есть, чтобы заниматься исключительно самовыражением.


Вы удивительным образом умеете успешно работать и в том, и в другом направлении. Не многим дано.

Многие режиссеры так делают. Константин Бронзит, например.


Одно другому не мешает? Кажется, совершенно разные области мозга задействованы?..

Возможно, и так.


Откуда берутся все-таки Ваши сюжеты, истории. Откуда возникают? Как?

Я, думаю, у любого человека возникают интересные идеи и даже более «шизофренические» (смеется). Просто многие люди не знают, как это выразить визуально, как показать на экране. Не все учились на режиссеров-аниматоров. Уверен, что Вам снятся не менее интересные сны. И, когда Вы просыпаетесь, думаете, вот это было круто! А мне вот снятся сны, и я хочу их реализовать.


Что Вас привело в анимацию?

Блат, только блат.


Шутите?

Серьезно. Я просто уже много раз про это рассказывал. Начиная с 8‐го класса, я был уверен, что буду герпетологом. Герпетология – наука о пресмыкающихся. Рептилии мне были интересны с детства. И с 8‐го класса я ходил в библиотеку Академии наук, читал много специфичной литературы и мечтал поступать на биофак. Но, при этом, я еще и всегда рисовал. Увы, у меня была плохая оценка по химии, и это не позволило мне поступить туда, куда мечтал. В общем, после школы, я решил, что мне нужно начинать зарабатывать, помогать родителям. И со своими рисунками я пошел по редакциям, газетам. Думал, может, я буду иллюстрировать? Но, увы, у меня оказался такой низкий уровень рисунков, что меня никуда с ними не взяли. Это мне казалось, что я умел хорошо рисовать, но не другим. К счастью, у меня был хороший друг детства Женя Назаренко, а его мам была директором киевской студии мультипликационных фильмов. И он меня туда привел. Его мама буквально взяла меня за руку и привела в группу к Давиду Черкасскому. Это автор «Приключения капитана Врунгеля», «Остров сокровищ». Так я попал в анимацию.



Потом выяснилось, что у Вас режиссерский склад характера?

Это выяснилось намного позже. Сначала я познакомился с Сашей Татарским. Мы подружились с ним и вместе захотели стать серьезными режиссерами-мультипликаторами. До этого я был просто прорисовщиком.


Прямо, как Ильф и Петров.

Можно и так сказать. И так, шаг за шагом. Сначала окончили курсы в Киеве, потом переехали в Москву и окончил ВКСР. Учили меня Норштейн, Хитрук, Колесникова.


А из Голливуда поступило предложение намного позже?

Конечно, когда уже был ряд фильмов. Мы в паре с Сашей сделали множество разной анимации (в том числе, «Его жена курица»).


Выяснилось, что в Голливуде таких крутых специалистов не было?

Да нет, в Голливуде было в 100 раз больше специалистов. А пригласили потому, что могли себе позволить. Получилось так, что меня заметили. Вот и все. Честно скажу, пригласили из-за моей манеры рисовать. Это было довольно не похоже на то, что делали американцы. Им стало интересно. Позвали меня на студию «Nikolodia»


Вы стояли у истоков Симпсонов?

Нет, конечно. Когда я приехал в Америку, у них уже был 2‐й сезон этого сериала. Я делал лейаут по готовым персонажам. Я делал композиции, позы для сцен. А, когда заговорил по-английски, стал делать более серьезную работу. Я проработал в Голливуде 20 лет. А вернулся в Россию из-за мамы, потому что она серьезно заболела, и я не мог мотаться между Киевом и Лос-Анджелесом. В общем, в итоге, я остался в России. Меня пригласил на проект Тимур Бекмамбетов. Проработал на его студии 6 лет.


В данный момент вы работаете на «Союзмультфильме»?

Да, мне сделали предложение, от которого я не смог отказаться. И сейчас на «Союзмультфильме» я занимаюсь короткими метрами для детей. В меру авторскими. Выходят они на фестивалях, на некоторых телеканалах.


Почему не полный?

Уже не тот возраст. Не хочется этим заниматься. Я вообще решил сделать еще свой один авторский фильм и вообще уйти из анимации.


То есть, все, что можно, уже сказали? А, что за идея следующего авторского? Не расскажете?

Это все крутится вокруг человеческих отношений. Любовь, ненависть...


Рабочее название есть?

Да, его даже уже кто-то выложил на Википедии, «Павлин летит на Юго-Восток». Конечно, могла быть и курица, и бобер, и кто угодно. Но я остановился на павлине. Надо же на ком-то остановиться.


Беседовала Юлия Сергеева